— Государь!

— Что стряслось, мой мальчик? — вышел ему навстречу Лодегран. — Почему ты голый? И что у тебя за безумный взгляд? Неужели Элейна напугала тебя своими ласками?

— В чём я провинился? Почему ты обманул меня? — Мордред с трудом сдерживал душившую его ярость. Он выпростал перед собой кулак и потряс им в воздухе, будто угрожая.

Лодегран нахмурился:

— Говори спокойнее… Что беспокоит тебя?

— Гвиневера!.. Ты отдал её Артуру!

— Да, — ответил Лодегран и отвёл глаза. Мордред словно окаменел и уставился на вледига. — Ты давно не бывал здесь, совсем ни о чём не знаешь. Наверное, тебя очень занимали набеги. Надеюсь, ты хорошо поживился.

— Почему ты отправил Гвиневеру к Артуру? — Мордред оглянулся на вошедшую в зал Элейну и рявкнул: — Скройся!

— Он взял мою дочь в жёны, — сообщил Лодегран. — Мы уже справили здесь свадебный пир. С тех пор минул почти месяц. Артур уехал сразу, не стал задерживаться, а Гвиневера покинула Красный Дом лишь пять дней назад. — Вледиг окинул долгим взглядом стоявшего перед ним голого юношу. У Мордреда было крепкое, стройное, пропорционально сложенное тело, с несколькими крупными рубцами на груди, на бедре, на животе.

Мордред просительно вытянул перед собой руки:

— Но ты обещал её мне, государь! Как же так? Ты же говорил, что она будет моею. Я не мечтал ни о каких других милостях. При мысли о твоей дочери у меня кружится голова. Она — моя единственная мечта, о Лодегран!

— Знаю.

— Я, сын великого Кэдмона, ждал дня, чтобы стать мужем твоей дочери и слиться с твоей семьёй. Ты утверждал, что для тебя будет большой честью породниться с родом Кэдмонов из Корнуолла… Но вот я приезжаю, и ты сообщаешь мне, что Гвиневера, оказывается, отдана другому. И кому! Отдана Артуру!.. Ты владеешь обширными землями, государь. Зачем ты хочешь породниться с человеком, у которого нет никакого имущества? — Мордред побледнел.