Они брали пример с римских наёмных легионеров. Но пока здесь стояли римляне, мы не очень-то нуждались в собственных сильных дружинах. Теперь всё изменилось. Как только римляне ушли из Британии, все бриттские вледиги передрались друг с другом, чтобы заполучить побольше земель и рабов. Многие были простыми воинами, но стали в одночасье называться вледигами. Всех манит власть. Меня она тоже манила, но со временем я устал от неё. Теперь власть манит тебя, Мордред.

— Что же здесь плохого? Мужчина не может не стремиться к высокому положению. Это приносит уважение и богатство.

— Я устал от беспрестанных междоусобиц, мой мальчик, устал отражать нападения врагов.

— И ты, государь, решил перехитрить судьбу. Я верно понял твой ход? Ты хочешь только выглядеть вледигом, но всё бремя власти ты понемногу переложишь на Артура…

— Если это получится.

— Но он же не хочет власти, разве не так ты только что сказал?

— Германцы слишком напирают, они совсем обнаглели. Артур и его Круглый Стол — единственная реальная сила, способная противостоять чужеземцам. И пусть Артур не желает, чтобы его провозгласили верховным правителем, по сути он уже стал государем. Да, он называет себя равным среди равных, ибо так требуют правила Круглого Стола. Но кто ещё называет его так? Никто! Для всех он — первый среди равных. Многие опускаются перед ним на колени, многие припадают к его руке. И этим сказано всё…

— Мой господин, — Мордред слегка склонил голову, как это делали слуги и рабы, слушая хозяев, — я всегда был верен тебе. Разве не мой отряд получил громкое прозвище — Волчья Стая Лодеграна? Разве не я всегда первым откликался на твой зов? Зачем ты обманул меня? Ты обещал Гвиневеру мне, но теперь у меня нет шансов получить её! Почему ты не сдержал своего слова?

— Правители часто обманывают, мой мальчик. Такова природа власти. — Вледиг повернулся спиной к Мордреду, подошёл к столу и отломил кусок лепёшки.