— Пресвятая Дева! — воскликнул сочинитель, окинув взглядом каморку.

— Они побывали у вас дома, господин де Бриен, — сказал Ван Хель.

— Они что-то искали! Всё кувырком!

— А вы утверждаете, что им ничего от вас не нужно… Что-нибудь пропало?

— Так сразу не скажешь. Собственно, у меня и взять-то особенно нечего. Разве что старинные рукописи. Должность придворного романиста — место отнюдь не прибыльное. Взгляните на моё платье: вряд ли вы назовёте его роскошным. — Он невесело встряхнул руками, расправляя промокший и отяжелевший от грязи плащ. — И обитаю я, как вы можете заметить, в квартале булочников, а вовсе не в королевском дворце. Я не голодаю, но лишняя монета у меня никогда не водилась.

— Скажите, вы когда-нибудь видели такой перстень? — Ван Хель поднёс к лицу де Бриена кольцо, снятое с убитого.

— Нет, — покачал головой Жак. — А почему вы спрашиваете?

— Потому что такие перстни носят только члены Тайной Коллегии.

— Это монашеский орден?

— В некотором роде. Только самый могущественный из всех и самый таинственный. Тайная Коллегия не занимается пустяками, сударь.

— Что вы хотите сказать?

— Если вы заинтересовали этих людей, то я могу предположить, что вы имеете отношение к чему-то очень важному, хотя сами вы и не подозреваете о важности того, чем занимаетесь. А если они решили вас убить, то это означает, что вы владеете какой-то информацией, поэтому вас, как носителя этой информации, следует уничтожить.

— Невообразимая чушь, просто дьявольщина какая-то. — Де Бриен нервно передёрнул плечами и набожно перекрестился. — Что такого я могу знать? Никакой важной информацией я не владею. Помимо романов я занимаюсь лишь составлением хроники: в каком году наш король совершил поход, когда и куда направил посольство… Кому это может мешать?